Уважаемые Читатели!
Я понимаю, Вас пока мало, но мне ужасно хочется получить от Вас обратную связь! Этот блог и был-то создан ряди того, чтобы понять, насколько мои произведения интересны и есть ли хоть какой-то смысл продолжать этим заниматься. Жду от Вас любых комментариев: от критики уже написанного материала, до видения Вами продолжения истории.
- Приведите мне её, или я все здесь взорву к чертям! - голос из-за двери явно выдавал в человеке что-то среднее между истерикой и безумием.
- Мы пытаемся! Дома её не оказалось. Мы сейчас выясняем её рабочий телефон! - Денис перевел взгляд с двери на Сергея, и уже жестами спросил: "Долго еще?".
- Да, блин! - тихо выругался Сергей. - Вот что за!? Почему у них нет хотя бы микрокамер?
- Мы не Альфа или Вымпел! Мы простой ОМОН! - прошипел сквозь зубы капитан.
Десять бойцов ОМОНа вытянулись по обе стороны от двери номера гостиницы в самом центре Москвы. В былое время они скорее всего уже бы вломились внутрь, и все давно закончилось, но в свете того, что в городе творилось сейчас, угроза взрыва могла быть вполне реальной, хотя за дверью скрывался явно не подготовленный профессионал: гостиница была полностью эвакуирована, а он об этом, судя по всему, и не догадывался. В здании осталось только их 13 человек, вроде не счастливое число, но делать было нечего: тринадцатой была дрожащая от страха девушка-менеджер (как сейчас стало модно говорить), наотрез отказавшаяся покидать опасную зону и стоявшая в конце коридора, нервно покусывая ногти.
Сюда был вызван и Денис. Он снова, как и двенадцать лет назад, попал в экспериментальную программу: кто-то из больших чинов, видимо насмотревшись американских фильмов, решил, что в российской милиции тоже должны быть профессиональные переговорщики с террористами. Андрей и притащил в отделение Романова, который все никак не мог найти работу. Он после расформирования их отряда пошел учиться в медицинский, на психолога. Но почему-то психолог с военным прошлым в гражданской жизни был мало кому нужен, а тут его знания пригодились вдвойне.
Сергея же Денис позвал на помощь, так как от начальства были даны строгие указания не проводить штурм, не убедившись на сто процентов, что террорист блефует, а нужного для этого оборудования у них не было. В принципе, не было его и у Андронова: он работал программистом в маленькой фирме, занимающейся разработкой программ для Голландских партнеров. Однако у него был дядя (который правда был его младше на добрые девять месяцев и учился с ними в одном классе), который и занимался разработкой всего этого шпионского оборудования. Сам он появиться здесь с прототипами, конечно, не мог, а посему за него отдувался Сергей.
- Её гребаная мамочка должна знать рабочий телефон! Я теряю терпение! Везите её, или всем в этой гостинице крышка! - все не унимался захватчик.
- Да, да! - крикнул в ответ Денис. - Мы уже звоним ей на работу. Сейчас ей все объяснят, и она приедет. Я думаю, нам надо еще минут двадцать!
- Пока даю десять! И смотрите у меня, если что, все взорву!
- Ну что же, - тихо сказал Сергей, убирая от глаз объектив, от которого тянулась длинная тонкая трубка, заканчивающаяся металлическим наконечником диаметром почти с иголку. - Дверь точно не заминирована!
"Давай жестами!" - изобразили руки Романова.
"Не услышит он нас!" - так же ответил Андронов: "Смотрим, есть ли у него оружие?"
"Да!" - ответил Денис.
Вообще, научить элитный отряд языку жестов (правда немного переделанному для нужд армии, да и чтобы знающие обычный с трудом понимали о чем идет речь) была не плохая идея. Да и все, что с ними тогда происходило, казалось верхом гениальности высоких чинов советской армии: отобрали четверых друзей, которые подходили по всем параметрам к суровой армейской службе, и при этом и так уже были сплоченные. Обучили их по самым передовым методикам: и владению оружием, и рукопашному бою, и иностранным языкам.
Да вот беда, через три года Союза не стало!
Их сначала прикрепили к регулярным войскам. Отправляли на некоторые спецзадания, потом в Чечню. Но в 97-ом все-таки расформировали. Не нужны были новой власти такие профессионалы. Благодаря хорошей психологической подготовке, адаптироваться к гражданской жизни проблем у них не составило. А благодаря их куратору, всем предложили выбрать ВУЗ, куда поступить можно было по льготе. Каждый выбрал что-то своё, но дружба с самого детства все равно держала их всех вместе.
- Будьте наготове! - прошептал Сергей и подсунул камеру под дверь.
Ворсистый ковер загораживал почти весь обзор, но силуэт, сидящий на кровати прямо напротив двери, угадывался хорошо.
- Он прямо напротив двери, но трудно разобрать, есть ли у него что-то в руках! - Андронов отвел камеру от глаза и потер его. - Сейчас попытаюсь чуть подальше камеру продвинуть.
Ворс на ковре чуть шевельнулся под напором высокотехнологичной техники, и тут же три пистолетных выстрела пробили ровную линую дырок в двери, где на корточках сидел Сергей. Хоть как-то среагировать возможности у него просто не было, и два сильных толчка в грудь отбросили его к противоположной стене коридора.
Дверь в номер тут же слетела с петель от удара, и внутрь полетела светошумовая граната. Мужчина в галстуке без пиджака с бутылкой водки в одной руке и пистолетом в другом, желающий заполучить в номер жену, которая, как он думал, изменяет ему, для расправы, и так был ошарашен реакцией на его выстрелы, а граната вообще заставила его забыть обо всем. ОМОН скрутил горе террориста, почти не причинив ему физических увечий, и принялся осматривать номер.
Сергей открыл глаза: небо над головой было удивительно прозрачное, облака были только где-то вдалеке. Яркий луч солнца справа на мгновение озарил все вокруг: и деревья слева за рекой, и мягкий ковер из невысокой травы, на котором он лежал. Затем пронесся раскат грома, видимо скоро будет дождь. Но пока ничто его не предвещало. Настя? Откуда она здесь? Но на прекрасном фоне природы она выглядит еще прекраснее. Вот она начинает подходить к нему, все ближе... Но её черты начинают меняться - это будто бы и не она. А это кто еще справа?
- С ним все в порядке? - спросила менеджер дрожащим от страха голосом, глядя на Дениса.
- Да вроде! Ну, чего разлегся? Вставай! - он протянул Сергею руку.
- Черт! - Сергей поднялся при помощи Дениса и, сняв бронежилет, ощупал грудную клетку. - Ребра вроде целы. Из чего он стрелял?
- ПМ, скажи спасибо, что не из ТТ! - усмехнулся Романов.
- Да, прям как четыре года назад, в Грозном: меня спасает броник и ты! - Сергей прислонился к стене, на которой был нарисован пейзаж: речка и лес за ней. - Что с террористам-то?
- Потащили вниз. Мне кажется, он из какого-то охранного агентства, коих сейчас кучи, что и объясняет ствол.
- Ладно, погнали. - Сергей поднял жилет и направился к выходу. - Блин, не для того я МИФИ заканчивал, чтобы в меня опять стреляли!
- Да и я в мед не для того шел! - усмехнулся Денис. - Ты точно цел?
- До дома подбросишь, Настя и вылечит, если что. - улыбнулся Сергей.
В квартиру он все равно поднимался несколько не в себе. Болела не только грудная клетка - случившееся возродило в мозгу все воспоминания, от которых как не старайся, не убежишь. Сергей открыл металлическую дверь в, так называемый, "предбанник", объединяющий две квартиры, а вот в свою дверь уже позвонил. Настя открыла, по привычке шагнув к следующей двери, и вздрогнула, увидев Сергея. Он улыбнулся, чмокнул её в щеку и, обняв, зашел в квартиру. Снял ботинки и, зайдя в спальню, стянул рубашку.
- Это еще откуда? - сделала большие глаза Настя, разглядывая огромный синяк на его груди.
- Да, повздорил с одним на дороге. Ты же знаешь, я парень вспыльчивый! - Сергей прижал жену к себе.
Он был счастлив, что они поженились. Числясь в отряде, они не могли иметь семью, а рыжеволосая бестия, за которой он ухлестывал в институте, так на его чары и не поддалась. Но еще за год до окончания, он встретил Настю. Может быть из-за былого запрета на семью он уже через полгода сделал ей предложение, и она согласилась. И вот они официально вместе уже почти год живут душа в душу.
Настя аккуратно поцеловала синяк, что вызвало смесь боли и удовольствия. Оторвала губы от посиневшей кожи и посмотрела ему в глаза. Он любил их, любил до сумасшествия. Вот уже шесть месяцев они мечтают о пополнении в семействе, но все никак не получается. Что же, может получиться в этот раз, ведь какой-то синяк совсем не помеха.
Александр Карабинин снял каску и, вытерев пот со лба, сел на кусок бетонного перекрытия. Стянул рукавицы, положил их на колено и, отхлебнув воды из бутылки, огляделся по сторонам. В принципе, все было не так уж и плохо, если можно было так выразиться: взрыв обрушил только три нижних этажа подъезда, но оставшиеся верхние не вызывали уверенности в своей непоколебимости, а потому эвакуации была в самом разгаре. Погибших пока не обнаружили, а пострадавшие - жильцы квартиры третьего этаже, внезапно проснувшиеся на груде бетона, - уже были доставлены в больницу, да и, судя по всему, отделались испугом и синяками.
Третий взрыв за месяц, потряс Москву также под утро, когда все спали и ничто не предвещало беды. Однако он разительно отличался от предыдущих и по тому, как был проведен, и по тому, как на него отреагировали. Нет, спецслужбы работали в соответствии с инструкциями, а вот парочка ребят в плащах, сверкающие корочками помощников депутата, были тут как-то не к месту. Да и фамилию депутата - Невольнов, Александр, казалось, никогда и не слышал, уж больно она была запоминающаяся. Но, милиция допустила их на место теракта, а выгонять их он права не имел. К тому же, судя по их поведению, они как будто что-то искали. Может в одной из квартир был их офис, или тут живет кто-то очень важный?
- Здорово! - Андрей Глыбов, вскарабкался по груде камней, держа фуражку подмышкой, и протянул руку. - Смотрю в этот раз все как-то по-другому?
- Да, - кивнул Александр, пожимаю руку. Он встал, кинул перчатки в каску и указал на газон у дома. - Пошли, отойдем, а то мало ли чего.
Они спустились с кучи камней и направились к следующему подъезду.
- Что это за ребята? - спросил он почти шепотом, едва заметным кивком указав в сторону помощников депутата.
- Хрен, его знает! - так же тихо ответил Андрей. Они отошли на приличное расстояние, но так как тяжелую технику еще не применяли, то вокруг было относительно тихо, не считаю перекрикивания спасателей, да болтовни репортеров за оцеплением. - Мне они тоже не нравятся. Плюс я опросил свидетелей из соседнего дома, они говорят, что вчера вечером у подъезда стояла машина с правительственными номерами, причем раньше её тут как-то не замечали.
- Не обязательно они причастны к взрыву. Они здесь что-то ищут, может офис тут только организовали?
- Да, в принципе, может конечно...
- Ну, так пробей по базам, не я же в милиции работаю!
- Ты думаешь у меня всюду есть доступ? - улыбнулся Андрей. - Тут скорее всего Серегу придется подключать. А на след не похоже?
- Нет, не похоже как-то! Ты же знаешь, я не спец во взрывном деле, но складывается такое впечатление, что взрыв был не в подвале, а в квартире. Смотри как панель отнесло, - Александр указал на фрагмент стены с окном. - а дверь в подъезд развернуло в другую сторону. Видишь, ребята её как раз откапывают!
- Угу, значит может быть и не теракт вовсе, а газ например?
- Ну, это уже по твоей части... - Александр заметил оживление среди спасателей разбирающих завал вокруг двери и, надев каску, направился туда, одевая перчатки на ходу. - Подожди!
Он почти бегом устремился к месту: оживление скорее всего означало, что нашли пострадавших. Если они были еще живы, то работать надо было как можно скорее: травмы могли быть совершенно разнообразные, да и жалобный скрип арматуры верхних этажей, подгонял не на шутку. Карабинин расстегнул стоящую неподалеку сумку с медикаментами, взял оттуда коробочку с необходимыми в данный момент лекарствами и инструментами, сунул её в боковой карман штанов и подошел к сослуживцам.
- Ну, что, я?
- А кто же! - усмехнулся стоящий рядом спасатель. - Не я ведь голубоглазый блондин, которого хочет видеть спасенная дева, да и не пролезу я туда!
- Эх, сомневаюсь я, что там шикарная дама! - Александр прицепил к поясу трус, нацепил на каску фонарь и, повернув его дабы включить, поднырнул под балку которую удерживали на лебедке пара ребят.
Немного прополз, цепляю животом острые осколки стекла и бетона и упираясь спиной в дверь, и очутился в кармане образованным панелью стены над подъездом и боковой стеной лоджии. Как он и предполагал, пострадавший был мужчина, причем одетый не по-домашнему. Он видимо то ли входил в подъезд, то ли выходил из него в тот момент, когда и прогремел взрыв. Карабинин протиснулся еще немного внутрь и осветил его получше: пострадавший лежал на правом боку, поджав ноги к груды, лицом к дому. Кроссовки, джинсы, черная кожаная куртка по пояс. На голове отчетливо видна травма, но она уже почти не кровоточила. Жив, дышит, а это самое главное.
Александр подхватил его подмышку и аккуратно стал разворачивать головой к себе и на спину, придерживая второй рукой затылок, вдруг поврежден шейный отдел позвоночника. Повернул, положил голову и посветил на лицо: лет 35, не загорелый, судя по щетине не брился уже пару дней. Карабинин отстегнул с пояса трос и подтянул его к пострадавшему. Протащил под одной рукой и попытался отвести вторую, но та что-то сжимала, что зацепилось за куртку. Человек застонал, повернув голову в сторону и, подняв руку, стукнул себя в подбородок компакт диском в чехле, который и сжимал.
- Дался он тебя! - прошептал Александр сквозь зубы, разжимая пальцы, держащие прозрачную коробку, внутри которой был CD-R. - Игру какаю-то новую что ли на Горбушке отхватил? Даже вон, без полиграфии.
Он, наконец-то сумел освободить диск из хватки, и без задней мысли сунул его себе в карман, к аптечке.
- Давай выкарабкиваться отсюда, а там потом наиграешься!
Александр наконец протащил трос и под второй рукой пострадавшего и, связав его, подергал. Спасатели с той стороны завала поняли команду и аккуратно начали тянуть на себя. Карабинин сдвинулся левее, прижавшись к панели, и контролировал положение мужчины, дабы тот ни за что не зацепился. С трудом смог развернуться, ударившись каской о дверь, и пополз к выходу, когда пострадавшего уже протащили мимо него.
Воздух казался прохладнее чем был, хотя Александр провел в завале каких-то пять минут. Он облегченно вздохнул, встав на ноги в полный рост, и потянулся.
- Жить будет? - Андрей, видимо уставший ждать поодаль и подошедший поближе, поглядел на спасенного, которого осторожно укладывали на носилки.
- Вроде, - Александр похлопал перчатками, сбивая с них бетонную пыль. - ОЧМТ, да контузия.
- Посмотрим! - Глыбин склонился над пострадавшим и, похлопав по карманам, достал из внутреннего паспорт. - Так, прописка. Адрес этот, квартира 73...
- Извините, а вы из какого отделения? - к ним подошел полковник и, положив руку на паспорт, аккуратно вынул его из руки майора.
- Вообще-то я из РУБОП! - Андрей выпрямился и показал удостоверение. - Я здесь, потому что этот взрыв может быть связан с двумя предыдущими, а эта - наша компетенция.
- Скобелев, Павел Петрович - улыбнулся полковник, показывая свой документ. - Пока это не подтвердиться, главный тут я! Чего стоим? - уже жестко прикрикнул он на спасателей. - Тащите в скорую, а то помрет еще!
Пострадавшего живо понесли к стоящей неподалеку скорой, и Скобелев, еще раз улыбнувшись и кивнув, направился вслед за ним. Врачи сразу засуетились, да и водитель, дремавший до этого, завел мотор и включил проблесковые маячки.
- Скользкий какой-то тип. - Александр перевел взгляд со скорой на Андрея. - Ты посмотри, эти тоже засобирались! - указал он в сторону помощников депутата.
- Да и хрен бы с ними! - Глыбин злобно сплюнул. - Раскомандовался тут, полковник! Порох небось только на стрельбище нюхал, а так штаны в кабинете протирал. Ладно, - уже немного успокоившись, повернулся он к Александру. - Ты долго ещё здесь будешь?
- Вряд ли, вон уже следующая смена подтягивается.
- Ну и я пойду! - Андрей пожал Карабинину руку и, надев фуражку, направился к служебной машине.
Это январское утро выдалось на удивление поганым. Конечно, нельзя было сказать, что и предыдущие была полны радости и веселья, но это было каким-то гнетуще особенным. Погода тоже не могла порадовать чем-то определенным: ничью было около трех градусов мороза, а сейчас температура колебалась где-то в районе нулевой отметки. Спальники в таких условиях мгновенно промокали, а потом, заледенев, становились чем-то, отдаленно напоминающем кокон. Выбраться из него быстро было совершенно не возможно, а в текущих обстоятельствах, и без того мизерные шансы выжить, стремились к нулю. Поэтому, все, кому было можно и кто мог заснуть - спали прямо так, предусмотрительно заняв позицию подальше от окон.
Штурм начался вчера, с такого же пасмурного утра, но то, что пришлось пережить и увидеть за эти двадцать четыре часа - скорее всего и формировало особенную апатичность сегодняшнего. Только за первые сутки, 2-ая рота потеряла убитыми 35 человек. Их дважды выбивали с занятых позиций и только с третьей попытки, штурмовая группа капитана Бакулина смогла закрепиться на втором этаже.
Он сидел на грязном бетонном полу, покрытым осколками оконного стекла, кучей гильз и запекшимися лужицами крови. В разгрузке оставалось пара магазинов от покоящегося на руках АКСУ, да пара наступательных гранат, которые в текущей ситуации никто не гнушался использовать как оборонительные.
Казалось, их готовили к любым конфликтам, даже глобальной ядерной войне. Они умудрились провернуть свою первую в жизни настоящую операцию, против самого серьезного противника, в незнакомой стране, в непривычном субэкваториальном климате и, совершенно без потерь, но то, что творилось тут каких-то двадцать часов назад, просто не укладывалась в голове. Стоило только задремать, как перед глазами вставили голые полуживые пленные, распятые в оконных проемах, и бородатые смуглые лица за ними, ведущие прицельный огонь по наступавшим. Никто из них, конечно, не выжил - ни пленные, ни те, кто прятался за ними и, хотелось что-то сделать, как-то еще отомстить за это, но сил уже оставалось лишь на то, чтобы постараться тут не умереть.
Сейчас было затишье, но то, что оно продлиться всего каких-то полчаса - было совершенно ясно: боевикам было архиважно вернуть себе контроль над зданием Совмина, являющимся ключевым пунктом в обороне центра Грозного. Это был целый комплекс зданий, по форме напоминающий неправильный прямоугольник, одна сторона которого выходила к реке Сунжа, а другая - на дворец Дудаева. Предыдущий оплот сопротивления боевиков - "Главпочтам", пал двумя днями ранее, благодаря невероятной храбрости и стойкости разведбатальона, сутки удерживающих оборону и, уже почти без боеприпасов, таки дождавшихся подхода бронетехники. И сейчас, все прекрасно понимали, что следующая цель будет именно дворец.
- Идут!
Даже не важно было кто кричал, главное - теперь снова надо постараться никого не подвести! Он вскочил на ноги, привычно сняв автомат с предохранителя, и занял позицию у окна, из которого был виден лишь краешек моста, по которому и совершали свои попытки снова выбить из здания федеральные силы боевики. Преимущество, в виде тумана было на стороне противника: он шел от реки и как раз накрывал мост, а они были видны как на ладони. Перевел взгляд на целик, дабы убедиться, что тот стоит в положении "П" и тут же что-то с невероятной силой толкнуло его в грудь.
Он отлетел, упал, ударившись головой и, не в силах продышаться, приготовился умирать. Вторая пуля, выбив из пола фонтан крошки, вонзилась в бетон, где полсекунды назад была его голова, а он был не в силах увидеть, кто тащил его за лямку бронежилета в глубь здания. По груди, моча бушлат, растекалось что липкое и теплое. Сознание ускользало...
Его куда-то положили и принялись стягивать разгрузку, бронежилет и бушлат...
- Ты глянь! Если бы в магазин пуля на попала, то броник не помог бы них...!
- Блядь! Зае...ли эти снайпера! Это чем же они, суки, лупят?
- Да хрен его знает! Коли промедол! Жить будет!
И он провалился в сладкий глубокий сон, где не было войны и где все они жили спокойной счастливой жизнью. Тогда, он еще не знал, что сон станет явью через каких-то пару лет, но спокойной, жизнь будет крайне недолгой...
