Пролог.
Это январское утро выдалось на удивление поганым. Конечно, нельзя было сказать, что и предыдущие была полны радости и веселья, но это было каким-то гнетуще особенным. Погода тоже не могла порадовать чем-то определенным: ничью было около трех градусов мороза, а сейчас температура колебалась где-то в районе нулевой отметки. Спальники в таких условиях мгновенно промокали, а потом, заледенев, становились чем-то, отдаленно напоминающем кокон. Выбраться из него быстро было совершенно не возможно, а в текущих обстоятельствах, и без того мизерные шансы выжить, стремились к нулю. Поэтому, все, кому было можно и кто мог заснуть - спали прямо так, предусмотрительно заняв позицию подальше от окон.
Штурм начался вчера, с такого же пасмурного утра, но то, что пришлось пережить и увидеть за эти двадцать четыре часа - скорее всего и формировало особенную апатичность сегодняшнего. Только за первые сутки, 2-ая рота потеряла убитыми 35 человек. Их дважды выбивали с занятых позиций и только с третьей попытки, штурмовая группа капитана Бакулина смогла закрепиться на втором этаже.
Он сидел на грязном бетонном полу, покрытым осколками оконного стекла, кучей гильз и запекшимися лужицами крови. В разгрузке оставалось пара магазинов от покоящегося на руках АКСУ, да пара наступательных гранат, которые в текущей ситуации никто не гнушался использовать как оборонительные.
Казалось, их готовили к любым конфликтам, даже глобальной ядерной войне. Они умудрились провернуть свою первую в жизни настоящую операцию, против самого серьезного противника, в незнакомой стране, в непривычном субэкваториальном климате и, совершенно без потерь, но то, что творилось тут каких-то двадцать часов назад, просто не укладывалась в голове. Стоило только задремать, как перед глазами вставили голые полуживые пленные, распятые в оконных проемах, и бородатые смуглые лица за ними, ведущие прицельный огонь по наступавшим. Никто из них, конечно, не выжил - ни пленные, ни те, кто прятался за ними и, хотелось что-то сделать, как-то еще отомстить за это, но сил уже оставалось лишь на то, чтобы постараться тут не умереть.
Сейчас было затишье, но то, что оно продлиться всего каких-то полчаса - было совершенно ясно: боевикам было архиважно вернуть себе контроль над зданием Совмина, являющимся ключевым пунктом в обороне центра Грозного. Это был целый комплекс зданий, по форме напоминающий неправильный прямоугольник, одна сторона которого выходила к реке Сунжа, а другая - на дворец Дудаева. Предыдущий оплот сопротивления боевиков - "Главпочтам", пал двумя днями ранее, благодаря невероятной храбрости и стойкости разведбатальона, сутки удерживающих оборону и, уже почти без боеприпасов, таки дождавшихся подхода бронетехники. И сейчас, все прекрасно понимали, что следующая цель будет именно дворец.
- Идут!
Даже не важно было кто кричал, главное - теперь снова надо постараться никого не подвести! Он вскочил на ноги, привычно сняв автомат с предохранителя, и занял позицию у окна, из которого был виден лишь краешек моста, по которому и совершали свои попытки снова выбить из здания федеральные силы боевики. Преимущество, в виде тумана было на стороне противника: он шел от реки и как раз накрывал мост, а они были видны как на ладони. Перевел взгляд на целик, дабы убедиться, что тот стоит в положении "П" и тут же что-то с невероятной силой толкнуло его в грудь.
Он отлетел, упал, ударившись головой и, не в силах продышаться, приготовился умирать. Вторая пуля, выбив из пола фонтан крошки, вонзилась в бетон, где полсекунды назад была его голова, а он был не в силах увидеть, кто тащил его за лямку бронежилета в глубь здания. По груди, моча бушлат, растекалось что липкое и теплое. Сознание ускользало...
Его куда-то положили и принялись стягивать разгрузку, бронежилет и бушлат...
- Ты глянь! Если бы в магазин пуля на попала, то броник не помог бы них...!
- Блядь! Зае...ли эти снайпера! Это чем же они, суки, лупят?
- Да хрен его знает! Коли промедол! Жить будет!
И он провалился в сладкий глубокий сон, где не было войны и где все они жили спокойной счастливой жизнью. Тогда, он еще не знал, что сон станет явью через каких-то пару лет, но спокойной, жизнь будет крайне недолгой...
Комментариев нет:
Отправить комментарий